EricMackay
Form follows content
Н. Демидова
Служилая бюрократия в России 17 века и ее роль в формировании абсолютизма

Небольшая (менее 200 страниц), но чрезвычайно ценная и информативная книга о русском госаппарате 17 века, давно ставшая классикой.

Служилая бюрократия в России 17 века

Структура и численность госаппарата

Центральный аппарат
Центральный аппарат управления состоял из московских приказов делившихся на три основные группы - общегосударственные, дворцовые и патриаршии.

Общегосударственные приказы
Ведали различными областями государственной деятельности - обороной, финансами, внешними сношениями и пр. Костяк этих приказов (Разрядный, Посольский, Поместный и пр.) сложился еще к концу 16 века, был восстановлен после Смуты и, с некоторыми изменениями, продолжал существовать весь 17 век.
Количество этих приказов, в целом, оставалось стабильным на протяжении всего века -25-30. Некоторое увеличение числа общегосударственных приказов происходит лишь при Алексее Михайловиче, в 50-70 годах, в связи с расширением территории страны, реформированием армии и попытками реформирования госаппарата.
Часть вновь созданных приказов - Малороссийский, Смоленского княжества, Рейтарский закрепились в структуре госуправления, часть не пережили своего создателя - приказ Тайных дел, Счетный или были расформированы в связи с потерей территории которой они управляли - приказы лифляндских дел и Великого княжества Литовского.
Помимо постоянных общегосударственных приказов, существовали еще и временные общегосударственные приказы. Они изначально создавались как временные учреждения для решения какой-то конкретной задачи (обеспечение действующей армии, борьба с эпидемиями, розыск беглых налогоплательщиков и пр.), после чего ликвидировались. Число их обычно не превышало 3-4 одновременно, срок существования был ограничен несколькими годами (Приказ сбора ратных и даточных людей, Приказ денежного и хлебного сбора, счетные приказы и пр.).

Дворцовые приказы
Занимались обслуживанием государева двора и управлением царским хозяйством (Аптекарский, Конюший, Казенный и пр.). Число их было невелико (5-7) и довольно стабильно.

Патриаршие приказы
Патриаршие приказы были нововведением 17 века. Они были созданы в 20-х годах для обслуживания патриаршего двора Филарета, но после его смерти сохранены и просуществовали до начала 18 века. Патриарших приказов было всего три - Патриаршие Разрядный, Казенный и Дворцовый.

Помимо приказов в Москве действовали также разнообразные городские и небольшие дворцовые учреждения (Оружейная, Золотая, Серебряная палаты и пр.) которые также можно считать частью центрального госаппарата.

Всего, таким образом, в Москве на протяжении 17 века действовало одновременно от 36 до 43 приказов разного типа, а вместе с прочими учреждениями 44-59 органов центрального управления (см. таблицу 1)

Численность центрального аппарата в начале века была невелика. На 1626 год во всех московских учреждениях работало всего 623 человека. Штатная численность приказов была невелика, в большинстве учреждений было не более 10 подьячих, даже в крупнейших приказах - Поместном и Большого дворца служило всего по 73 подьячих.
Приказных дьяков в приказах сидело по 1-2, только в Поместном три. Самостоятельно, без судей, приказные дьяки руководили четвертными приказами и некоторыми дворцовыми. В некоторых приказах дьяков не было совсем, они возглавлялись подьячими с приписью.
Думные дьяки возглавляли два важнейших приказа - Посольский и Разрядный.
До середины века численность приказного аппарата медленно растет, в основном, за счет подьячих, достигая 700-800 человек. В 50-х годах происходит некоторое сокращение численности приказных служащих, в основном за счет гибели многих из них во время московской чумы 1654 года, отчасти вследствие урезания правительственных расходов на их содержание.
С 70-х годов начинается бурный рост приказных штатов. За три последних десятилетия века их численность увеличивается втрое достигая к 1698 году 2739 человек. Рост этот происходит не благодаря, а даже вопреки политике правительства, постоянно пытающегося затормозить рост госаппарата и сократить расходы на него. Стремительно растущий объем работы заставляет вынуждает приказное начальство самостоятельно набирать дополнительных сотрудников (что в сочетании с ограничением сверху размеров зарплатных фондов приводит к распространению практики набора неверстанных подьячих).
Возрастает численность всех категорий приказных людей. Почти вчетверо увеличивается число думных дьяков (с 3 до 11). После некоторой сдачи позиций в середине века, они вновь возвращаются к руководству важнейшими приказами, в первую очередь Посольским и Разрядным. При этом, в целом, их статус сильно понижается.
Численность приказных дьяков возрастает вдвое, резко увеличивается и их число в приказах. В крупнейших приказах (Большой казны, Поместном, Большого дворца) их число достигает 7-8. При этом статус их также снижается. В больших приказах они все чаще выполняют фактически роль столоначальников, а руководить теперь могут разве что небольшими дворцовыми приказами.
Особенно сильно возрастает число подъячих, почти в пять раз с начала века.
Особенно резко выросли штаты крупнейших ведомств - Поместного приказа (416 чел. на 1698 год), приказов Большой казны (404 чел.), Большого Дворца (278 чел.) и Разряда (242 чел.). На эти четыре ведомства теперь приходится половина от всего числа служащих общегосударственных приказов.
Штат большинства остальных приказов колеблется теперь между 30 и 90 сотрудниками.
Серьезно растет и численность патриарших приказов, штат Патриаршего Разряда достигает 84 человек.





Местный аппарат
В 17 веке продолжается процесс вытеснения местного самоуправления воеводским.
К середине века воеводское управление распространяется повсеместно . Основные управленческие функции сосредотачиваются в руках воевод и их администрации - приказных избах (до 70-х годов назывались съезжими).
На 1626 год по стране имелось 185 приказных изб, меньше чем городов. В некоторых городах еще отсутствовало воеводское правление, местами одна изба могла управлять несколькими соседними городами сразу.
К концу века число приказных изб возрастает до 302 в основном за счет возвращения потерянных в Смуту, присоединения новых территорий и колонизации окраин (Смоленск, Северская земля, Малороссия, Сибирь и пр.).
В центральных районах России приказные избы продолжали сосуществовать с органами местного самоуправления - земскими, губными избами и пр. В южных приграничных городах и Сибири органы местного самоуправления отсутствовали и приказные избы были единственной властной структурой.
Помимо приказных изб и местного самоуправления в некоторых городах имелись еще и местные дворцовые учреждения - например, дворцовые приказы в Новгороде и Пскове, управлявшие дворцовыми землями и имуществом.
С начала 70-х годов, в связи с формированием новых структур управления вооруженными силами - разрядов (военных округов) приказные избы городов - разрядных центров получают дополнительные военно-административные полномочия в отношении других городов на территории всего разряда.
Такие избы называются теперь разрядными избами (последовательно Белгородская, Курская, Севская и пр.) или приказными палатами (Новгородская, Псковская, Смоленская, Ярославская и пр.), становясь прообразом будущих губернских центров.

Численность местных учреждений
В первой половине века большинство изб представляло собой небольшие учреждения со штатами в 2-5 человек, примерно в 40 города (ок. 20%) имелся всего один подьячий, в некоторых не было ни одного. Большой штат имели лишь приказные избы в крупных городах - Новгороде (25 чел.), Пскове (21), Астрахани (20), Н. Новгороде (16), Тобольске (16).
Личный состав приказных изб делился на временную и постоянную части. Первая была представлена воеводами, дьяками или подьячими с приписью присылаемыми из Москвы на 1-3 года. Вторая состояла из местных подьячих постоянно работавших в приказной избе.
Думные дьяки в первой половине века служить в провинцию не посылались. Приказных дьяков посылалось не так много, в среднем около 20 человек в год. В 4-6 крупных городов (Новгород, Псков, Астрахань, Казань и пр.) посылалось по 2 дьяка. В менее крупные (Архангельск, Нижний, Якутск и пр.) по одному.
В города меньшего размера посылались подьячие с приписью, в среднем не более 20 в год и число их постепенно сокращалось. Подьячие с приписью как правило назначались из числа служащих приказа ведающего соответствующий город.
В целом, на протяжении всего века, дьяки и подьячие с приписью посылались максимум в 45 городов, в остальных их не было вовсе. Дьяк или подьячий с приписью назначался при этом товарищем воеводы.
Местных подьячих в приказных избах на 40-е гг. 17 века имелось примерно 748 человек.
Помимо приказных изб в городах функционировали также местные таможни, кабаки, а в центральных и северных районах земские и губные избы, в которых также трудились местные дьячки/подьячие.
В среднего размера городе в первой половине века имелось 2-3 подьячих в приказной избе, по одному в земской и губной избах и один общий таможенный/кабацкий.
При этом, в первой половине века и земские и приказные дьячки в центральных и северных районах продолжали выбираться/наниматься местным населением, а не правительством.
Во второй половине века в провинциальных структурах происходят, в целом, те же изменения что и в московских. Приказные избы и пр. существенно наращивают численность своего штата, хотя и не так резко.
К концу 90-х численность подьячих в приказных избах увеличивается примерно в 2,5 раза достигая 1873. Практически исчезают небольшие избы с 1-2 подьячими, сохраняясь лишь в небольших городках на на засечных линиях. В большинстве городов штат приказной избы теперь состоит из 6-20 подьячих. В крупных городах приказные/разрядные палаты превращаются в большие учреждения с разветвленной структурой. Например Новгородская приказная палата к концу века состояла из 8 столов с 124 подьячими, Псковская из 5 столов с 77 подьячим, в Тобольской служило 44 подьячих и т. д.
Так же растут и штаты провинциальных дворцовых учреждений, митрополичьих приказов (например к концу века в новгородских -24 человека, ростовских -14, нижегородских -10), таможен и пр., составляя местами довольно значительную часть местного чиновничества. Например в Пскове в 1695 году в приказной избе служило 38 подьячих, в дворцовом приказе - 19, митрополичьем дворе - 11, таможне - 3, кружечном дворе - 1.





Всего на 40-е годы 17 века приказных людей имелось 1611 человек (837 в Москве и 774 на местах );
к концу века в центральных и местных органах власти служило 4657 человек, в т. ч. в центральных - 2739 человек, в местных - 1918.




Комплектование приказов, социальное происхождение и статус
В начале века источники комплектования приказных людей были весьма разнообразны. Основная масса подьячих набиралась из семей подьячих, семей духовных лиц, служилых людей по отечеству и по прибору и тяглых людей, в основном городских посадских.

Правительство, начиная с конца 30-х годов проводило политику ограничения социальной базы приказных людей. В 1640 году было запрещено набирать на приказную службу выходцев из семей духовенства и тяглого населения. С конца 50-х годов правительство запрещало набор подьячих из числа служилых людей по прибору. В целом, правительство стремилось ограничить набор чиновничества средой самого чиновничества, превратив приказную службу в наследственную.
На практике, вплоть до конца 17 века все эти ограничения соблюдались нестрого, особенно на местах, где имелась масса исключений и послаблений, вызванных региональными особенностями. Лишь в 80-90 годах правительство начинает всерьез зачищать госаппарат от лиц с неправильным социальным происхождением, проводя массовые разборы (переаттестации) приказных людей.

Набор приказных имел свои региональные различия. В северных районах основным источником подьячих было тяглое городское и частично даже крестьянское население. Несмотря на все вышеописанные усилия правительства подобная ситуация сохранялась до конца века.
В центре страны приказные служащие набирались в основном из семей подьячих, духовенства и городского посадского населения, частично из служилых по прибору. Важным источником набора здесь служили дьяки земских учреждений и площадные дьячки.
В западных и южных приграничных районах подьячие набирались в основном из служилых людей. На западе (Псков, Смоленск, Чернигов) в основном из служилых по прибору, на юге (города Белгородской черты) из служилых по отечеству. В Сибири подьячие также набирались в основном из служилых по прибору.
О составе московских подьячих можно судить по л/с Поместного приказа на 1707 год. 80% служащих приказа происходили из трех основных групп - семей приказных служащих (31,1%), семей духовенства (30,5%) и служилых людей (18%), в основном, по отечеству (14,6%).
Нетрудно заметить, что запреты на набор приказных из числа духовенства и приборных в московских приказах соблюдались слабо. Этому способствовал, видимо, и особый характер московских разборов. В отличии от провинции, при массовых переаттестациях в конце века московские подьячие «чистились» не по социальному происхождению, а по профессиональному соответствию.
В целом по стране на протяжении века росло представительство наследственного чиновничества, к концу века ставшего основной группой приказных.

Приказные дьяки в подавляющем большинстве (90%) набирались из подьячих. В социальном плане они в начале века происходили, в основном, из служилых по отечеству (79% на 1628 год). В дальнейшем процент дворян среди них постоянно снижался, достигнув 53% к 1682 году. Значительным было представительство выходцев из среды привилегированного купечества (гости, гостиная сотня) и, видимо, духовенства.

Думные дьяки 17 века также в подавляющем большинстве имели опыт приказной службы. Примерно половина из них до получения чина служила подьячими и дьяками, половина только дьяками. В социальном плане, из 17 думных дьяков первой половины века, 15 видимо были из служилых по отечеству (в т. ч. 6 из московских дворян), 2 - из гостей. Во второй половине века для большинство думных дьяков уже выходцы из семей приказных людей, т. е. потомственные чиновники.

В московской лестнице чинов думные дьяки занимали нишу между московскими дворянами и стольниками. Приказные дьяки писались в конце московского списка. Московские подьячие следовали за выборным городовым дворянством. Провинциальные подьячие в европейской России писались как правило после выборных дворян, иногда после детей боярских. В Сибири, как правило, после детей боярских.

Как и все служилые приказные были освобождены от тягла. Некоторым исключением являлись лишь подьячие северных городов, набираемые, в основном, из тяглого населения и нередко продолжающие тянуть тягло. Между ними и поддерживающими их московскими приказами и, с другой стороны, местными общинами шла по этому поводу затяжная борьба с переменным успехом.
Думные дьяки в виде особой привилегии не платили печатных пошлин.







Материальное обеспечение приказных людей

Вотчины
Дьяки и подьячие могли владеть вотчинами приобретенными путем покупки, наследования, в качестве приданого, а также пожалованными от правительства.
При этом самих вотчин правительство приказным людям, как правило, не выдавало, давая лишь разрешение на перевод или выкуп в вотчину части принадлежащих им поместий. Подобные награды могли быть как индивидуальными так и массовыми.
Первые массовые раздачи произошли в начале правления Романовых - московским дьякам и подьячим в качестве награды за осадное сидение 1608 (20% поместья разрешалось перевести в вотчину) и 1618 годов.
Во второй половине века они возобновились. Они производились за участие в войне с Польшей (думным дьякам по 200 четей поместной земли в вотчину, приказным по 120, подьячим служившим в действующей армии - 20% поместья); по случаю мира с Турцией в 1681 году и Вечного мира с Польшей в 1686 (думным дьякам по 230 четей в вотчину, трем приказным по 500 ефимков на покупку вотчин и т.п.); за Троицкие походы 1682 (думным по 115 четвертей в вотчину, приказным - 10% поместий) и 1689 (трем думным по 210 четвертей в вотчину, дьякам по 17% поместья) годов; за Крымские походы.
В 1672-77 дьяки и подьячие получили право на приобретение в вотчину целинных земель на юге (по 500 четвертей думные дьяки, по 200 приказные, по 70 московские подьячие).

Поместные оклады
Думные дьяки автоматически получали наивысший оклад в 1000 четвертей, прибавок они формально получать уже не могли, но фактически размер их поместного землевладения был ничем не ограничен.

Приказные дьяки верстались новичным окладом, к которому могли получать придачи. Новичный оклад зависел от предыдущего оклада дьяка и колебался между 500 и 800 четями.
В начале века дьяки из московских и городовых дворян получали в среднем 700 четей, дьяки произведенные из подьячих - 600 четей. Во второй половине века новичные оклады последних постепенно росли и к концу века достигали уже 700-750 четвертей.
К новичным окладам назначались прибавки, за посольские, полковые и пр. службы, со второй половины века за долгую приказную службу. Наиболее распространенными были прибавки в 100-150 четвертей.
Во второй половине века распространяются массовые придачи к окладам по случаю разных политических событий - объявление царевичей Федора и Алексея (по 80 четей всем дьякам за каждого), Вечного мира с Польшей (по 150 четей всем причастным дьякам), Троицких походов (по 50 за первый и в среднем по 100 четей за второй).
По достижении максимально возможного оклада в 1000 четей дальнейшие прибавки пересчитывались на деньги и прибавлялись к денежному окладу.
С учетом придач в первой половине века наиболее распространенными были оклады в 600-800 четвертей, максимальные оклады почти не встречались. Во второй половине века среди дьяков растет дифференциация. К концу века максимальные оклады встречаются уже нередко, наиболее распространенными становятся оклады в 700-800 четвертей, одновременно появляется значительное количество дьяков вообще не верстанных поместным окладом.



Подьячие
Среди московских подьячих, доля верстаных поместными окладами в начале века не превышала 20%, во второй половине века 5%. Поместные оклады во второй половине века получала, как правило, только часть старых подьячих, за многолетнюю достойную службу. Таких подьячих имелось, как правило, не более 1-3 на приказ, только в Поместном было около десятка. Во многих приказах их не было вообще.
Подьячие верстались новичным окладом, в 100-300 четвертей (как правило в 200, 250 или 300 четей). Придачи к ним назначались редко и только в индивидуальном порядке, большинство подьячих их не получали вовсе. Обычный размер придач составлял 50-100 четвертей. С учетом придач максимальные оклады московских подьячих могли достигать 400-500 четей.




О поместных окладах городовых подьячих в первой половине века почти ничего не известно. Предполагается что верстаных среди них было очень немного.
Во второй половине века ситуация изменилась. К 90-м годам в крупных городах (Новгород, Псков, Ярославль) доля верстаных подьячих достигает 20% и выше, в учреждениях некоторых городов местами едва ли не все подьячие верстаются поместным окладом. В то же время сохраняются и города где вообще нет верстаных подьячих (в Сибири таковых не было вообще, поместный оклад здесь заменялся хлебным).
Новичные оклады провинциальных подьячих составляли 200-350 четвертей, придачи они получали крайне редко. Верстались, как правило за долгую службу, иногда за полковую.

Реальное землевладение
Все думные дьяки в первой половине века действительно являются крупными землевладельцами, владея 1000 и более четвертей земли. Во второй половине века среди них происходит расслоение, появляются дьяки чьи реальные владения существенно ниже оклада и даже вовсе безземельные.
У приказных дьяков уже к 1638 году реальное землевладение, в среднем, примерно вдвое ниже их поместного оклада, с учетом вотчин в 1,5 раза. Более половины дьяков владели не более чем 300 четями земли, хотя встречались и богатые землевладельцы имевшие до 1000 и более четвертей.
К 1665 году разрыв между земельными окладами и реальным землевладением вырос до 4:1. 80% дьяков имели не более 300 четвертей земли, а треть не более 100 четей. Лишь 8% дьяков были богатыми землевладельцами имея 800 и больше четвертей земли.
К концу века расслоение в дьячей среде еще больше усиливается, появляется немало вовсе безземельных дьяков, растет процент малоземельных. При этом число богатых землевладельцев сокращается до минимума.
У московских подьячих реальное количество земли также было минимум вдвое ниже земельного оклада. На 1665 год 80% подьячих имело не более 100 четей, а 50% даже не более 50 четей земли, при этом не менее трети земель представляли собой необрабатываемые пустоши. К концу века обеспеченность землей подьячих несколько улучшилась, но в подавляющем большинстве они продолжали оставаться мелкими землевладельцами.
О реальном землевладении провинциальных подьячих известно мало, но очевидно оно также было существенно меньше их окладов.
По типу владения, и у дьяков и у подьячих, примерно половина владела и вотчинами и поместьями, остальные либо поместьями, либо вотчинами.
Территориально, у думных и приказных дьяков земли были, как правило, разбросаны по нескольким уездам, у думных по замосковному краю, у приказных еще и в южных целинных районах. У московских подьячих земли, как правило, концентрировались в каком-то одном уезде. И у тех и у других практически вся земля располагалась за пределами Московского уезда, что затрудняло ее хозяйственное использование, особенно мелкими землевладельцами. Этим обуславливается постепенное падение заинтересованности московских приказных людей в земле к концу века.
Провинциальные подьячие, наоборот, получали землю вблизи от своих городов и были весьма заинтересованы в расширении своих земельных владений.

Помимо земель дьяки и подьячие владели еще и городскими дворами. Думные и приказные дьяки поголовно имели собственный двор и часто не один и в Москве и часто за городом. Из московских подьячих, на 1638 год имели жили в собственном доме 87%, у родственников - 5%. К началу 18 века доля домовладельцев сократилась до 50%.





Денежное жалованье
Думные дьяки верстались новичным окладом в 200-250 рублей, к которому могли получать придачи, как правило, по 50 рублей, как за личные заслуги так и по разнообразным торжественным случаям (см. выше). Средние оклады думных дьяков на протяжении века составляли 300-350 рублей в год, к концу века подросли до 400-500 рублей.

Приказные дьяки верстались новичным окладом 60-80 рублей, к концу века 80-90, к которым также получали придачи, обычно по 30-50 рублей (иногда меньше, например за объявление Федора Алексеевича по 9 рублей, за Троицкий поход 1689 г. - 5 рублей). В целом, зарплата большинства приказных дьяков редко превышала 100 рублей, наиболее распространенным бы оклад в 70-80 рублей.
Зарплату приказные и думные дьяки получали один-два раза в год, в четвертях, в основном, в Устюжской.

Оклады московских подьячих также складывались из новичного оклада и придач к нему. Денежные оклады подьячих колебались в диапазоне от 1 до 50 рублей. Основная масса подьячих - около 50% в первой половине века и 55-70% во второй, получала не более 10 рублей в год. Оклады от 20 рублей и выше получало небольшое число старых подьячих, 6-20 рублей подьячие средней статьи, 1-10 рублей молодые.
Во второй половине века в приказах появляется также значительное количество неверстанных денежным окладом подьячих, вообще не получавших зарплаты. К 1657 году они составляют уже 34%, а к 1683 году - 40% приказных служащих. К концу века неверстаных подьячих не было только в Посольском и патриарших приказах.
Помимо оклада, подьячие, верстаные и неверстаные могли получать премии и материальную помощь («деньги в приказ») - обычно 1-3 рубля за раз.
Служащие нескольких приказов (Посольского, Малороссийского, Казенного и некоторых дворцовых учреждений) регулярно получали еще «праздничные деньги», на основные христианские праздники (Рождество, Пасха, Рождество Богородицы) и именины членов царской фамилии - от 2 до 9 рублей 5-9 раз в год, что практически удваивало их оклады.







У провинциальных подьячих до середины века какой-либо системы в оплате труда не существовало. Зарплату они получали из разных местных источников, ее размер устанавливался решением воевод или договоренностями с местными общинами.
В 1647 году правительством утверждается размер фондов оплаты труда подьячих по городам, в 1657 году устанавливается единый источник средств для них - местные неокладные доходы (пошлины).
В крупных городах (Новгород, Псков) оклады подьячих колебались в диапазоне от 1 до 30 рублей, в средних (Устюг) от 6 до 25 рублей, в небольших от 5 до 20 рублей.
Также как и в Москве, в провинции во второй половине века появляются неверстаные подьячие, доля которых составляет от 1/3 до 1/2 служащих.
Премий «в приказ» провинциальные подьячие не получали, в основном из-за отсутствия средств. Более того, даже оклады верстаным подьячим часто выплачивались с задержкой, в сокращенном объеме или не выплачивались вовсе (например, в Новгороде не выдавались оклады подьячим имеющим поместья, в небольших городах зарплата не выплачивалась из-за отсутствия неокладных доходов и т. п.). Единственным исключением были сибирские города получавшие деньги на зарплаты из Москвы.

Общая сумма окладов выплаченных приказным людям (руб.):

1627 год

думным дьякам - 650
приказным дьякам - 4920
подьячим московским - 8089,5
подьячим местным ~ 8000 (расчетная цифра)
Итого ~ 21 000 (в т. ч. 13 659,5 московским)

1656 год

думным дьякам - 600
приказным дьякам - 8431
подьячим московским - 8089,5
подьячим местным ~ 5000 (расчетная цифра)
Итого ~ 19 000 (в т. ч. 14 392,5 московским)

1682 год

думным дьякам - 2958
приказным дьякам - 10 290
подьячим московским - 9959,5
подьячим местным - ?
Итого ~ 23 207,5 только московским

Натуральное жалованье
Часть московских и провинциальных приказных людей помимо земельного и денежного оклада получала еще и натуральные выдачи продовольствия, фуража и тканей.
Дьяки московских дворцовых приказов получали «дворцовый корм» (мясо, рыбу, вино, солод, хмель, сено и т. д.), а также «годовое сукно» (дорогие иностранные ткани). Корм мог заменяться кормовыми деньгами.
Подьячие некоторых приказов получали «хлебное жалованье» (ржаная мука/зерно, овес, соль). Размер выдачи зависел от денежного оклада. Во второй половине века на 1 рубль оклада полагались пуд ржи и пуд овса. Соли выдавалось от 1 до 10 пудов, 10 пудов соли соответствовали окладу в 50 рублей. Натуральные выдачи могли заменяться «хлебными деньгами» по рыночным ценам.
В первой половине века хлебное жалованье выдавалось подьячим дворцовых приказов -Большого Дворца, Конюшенного, Оружейной, Золотой и Серебряной палат и пр. Во второй половине века к ним добавились Посольский, Казенный и Малороссийский приказы. В некоторых приказах, например Сибирском хлебное жалованье давалось только старым подьячим.
Подьячие части дворцовых приказов ежедневно получали также кормовое жалованье -«поденный хлеб» (3 чарки вина, 2 кружки пива, 2 кушанья, половину калача и половину ржаного хлеба). Иногда он заменялся деньгами («кормовые деньги»). Поденный хлеб получали, например, подьячие Аптекарского, Панихидного приказов и приказа Тайных дел.
Подьячие дворцовых, некоторых сыскных и, с 80-х годов, Сибирского приказов получали также «суконное жалованье» - ткани на пошив одежды (на середину века 2-4 рубля в год).

Хлебное жалованье регулярно получали и провинциальные подьячие Сибири, Крайнего Севера (Кола, Чердынь), пограничных городов юга, Астрахани, т. е. в основном, районов где не было собственного сельского хозяйства, а продовольствие завозилось извне. Размер выдач также зависел от денежного оклада.

Кормление от дел
Поскольку едва ли не большая часть приказных людей не могла прокормиться на казенную зарплату (или не получала ее вообще), правительство официально разрешало чиновникам принимать разнообразные подношения от населения/ просителей/ челобитчиков на которые они, собственно, и жили - «кормились от дел».
Приказные получали «почести» (подношения авансом для формирования благоприятного отношения к просителю) и «поминки» (вознаграждение за выполненную работу) в натуральной (хлеб, мясо, рыба , соль и пр.), денежной или смешанной форме. И почести и поминки полагались приказным просто за выполнение профессиональных обязанностей (рассмотрение дела, выдача документов, справок и пр.).
Взятки же получаемые за какие-то противозаконные действия в пользу просителей назывались «посулами», с ними правительство теоретически боролось.
Московские приказы, в зависимости от возможности кормиться от дел делились у приказных на «выгодные» и «невыгодные». К выгодным относились ведомства занимавшиеся земельными, судебными и прочими делами (например Поместный приказ), к невыгодным, соответственно, ведомства в которых такие дела отсутствовали, а следовательно практически отсутствовали и просители-челобитчики (Посольский и Малороссийский, например).
Служащим невыгодных приказов, не имевшим возможности в них кормиться, правительство стремилось компенсировать «недополученную выгоду». Именно с этим связаны максимально высокие зарплаты, натуральные выдачи и пр. привилегии Посольского и Малороссийского приказов и отсутствие в них неверстаных подьячих.
Кормление от дел процветало, естественно, и в провинции.
Демидова предполагает, что доходы от кормления в несколько раз (минимум втрое) превышали официальные оклады приказных.

Государственная служба
Структура учреждений
Большие приказы подразделялись на столы, а те в свою очередь на повытья. Приказы среднего размера делились только на повытья. В небольших внутреннее подразделение отсутствовало вообще. Столы и повытья могли формироваться как по функциональному, так и по территориальному принципу.
В провинции, столы (образуемые исключительно по функциональному признаку) имелись только в приказных избах крупных городов. В средних городах приказные избы делились на повытья (обычно на денежное и судное, в Сибири обычными были также хлебное и ясачное), в небольших городах не было и повытий.

Категории приказных людей
Приказные люди делились на думных дьяков, приказных дьяков и подьячих.

Думные дьяки работали в Боярской думе и возглавляли важнейшие приказы (как правило Посольский и Разрядный). В Думе они выступали в роли докладчиков, составляли, записывали и подписывали тексты указов, имели право совещательного голоса.

Приказные дьяки составляли руководство приказов (были товарищами - заместителями главы приказа - судьи), руководили некоторыми небольшими приказами и приказными избами в городах, выполняли ответственные поручения правительства. При наличии нескольких дьяков в одном ведомстве статус их определялся старшинством - временем получения дьячего чина.

Подьячие - основная категория приказных людей.
В зависимости от квалификации подьячие делились на три группы - старых, средней статьи и молодых. Неофициальное разделение на квалификационные группы сложилось в московских приказах в первой половине века, во второй половине века получив официальное признание.
В провинции почти до конца века сохранялось двухчастное подразделение подьячих - на старых и молодых.
В 70-х годах в московских приказах было примерно 22% старых, 10 % средней статьи, 67% молодых подьячих. К 1699 году доля старых подьячих сократилась до 14%, средней статьи до 9%, а молодых выросла до 77%.
Среди подьячих выделялись также подьячие со справой и подьячие с приписью.
Подьячий со справой имел право справливать (заверять подписью) различные внутренние документы приказа составленные им самим или под его руководством.
Подьячий с приписью обладал правом подписывать официальные приказные документы. Подьячие с приписью составляли верхушку старых подьячих. В приказах они обычно возглавляли столы и повытья, иногда ставились даже во главе небольших приказов, посылались в провинцию руководить приказными избами.
Среди молодых подьячих выделялись пищики, занимавшиеся самой простой работой - механическим переписыванием документов.
Статус подьячих одной категории устанавливался указным числом, определенной системой старшинства.
При Поместном и Посольским приказах существовали школы подьячих.

Государева служба
Помимо приказной работы дьяки и подьячие несли также полковую, посольскую и дворцовую службы и посылались в «посылки».

Полковую службу приказные дьяки и подьячие несли в основном в составе полковых разрядных шатров (походных военных канцелярий) действующей армии. В середине века походный шатер состоял обычно из одного дьяка и 2-3 подьячих. К концу века в нем могло быть уже 1-3 дьяка и 9-14 подьячих. Комплектовались полковые шатры дьяками и подьячими московских приказов и городовых приказных изб. Думные дьяки в полковую службу не посылались.

В посольскую службу приказные дьяки посылались товарищами послов и посланников, одновременно возглавляя посольские шатры (канцелярии посольств). Подьячие составляли штат посольских шатров, ведя делопроизводство и переписку (5-9 подьячих при послах, 1-3 при посланниках, 1 при гонце).
И приказные дьяки и подьячие периодически сами посылались гонцами.
В первую очередь для дипломатической службы использовали естественно сотрудников Посольского приказа, но при необходимости привлекались и служащие из других учреждений.
Воеводы пограничных городов (в первую очередь Астрахани, Уфы, сибирских городов) имели право самостоятельно поддерживать дипломатические связи с соседними племенами и народами периодически посылая к ним посланников. Товарищами посланников отправлялись подьячие местных приказных изб.
Думные дьяки со второй половины века периодически входили в состав важнейших посольств, обычно товарищем посла (и фактическим руководителем посольства) при знатном боярине, а с 1699 года посылались и послами.

Дворцовая служба состояла в участии в разнообразных торжественных церемониях, встречах послов и пр., а также в сопровождении царя при поездках по стране.

«Посылки» представляли собой участие в работе разнообразных временных учреждений и комиссий и выполнение каких-либо правительственных заданий (рабочие командировки).
Думные дьяки в посылки посылались редко, периодически возглавляя большие разборы служилых людей или особо важные следственные комиссии. Приказные дьяки часто также привлекались к разборам служилых людей, работе сыскных комиссий разыскивающих беглых крестьян и т. п.
Основная тяжесть посылок ложилась на московских подьячих. Самыми распространенными из были работа в писцовых комиссиях, при описаниях городов, разборах служилых людей.
Писцам и разборщикам придавалась как правило группа подьячих во главе с подьячим с приписью. Например, в 1677 году с писцами было послано в уезды 90 подьячих из 16 приказов. В 1688 году в одном только Московском уезде работало в писцовых комиссиях 60 подьячих. В 1652-53 году описание московских дворов проводила группа из 20 подьячих выделенных семью приказами и т. п.
Большое количество подьячих командировалось во временные сыскные приказы, на разного рода временные заставы (например во время эпидемии чумы в Москве).
Помимо этого подьячие систематически направлялись в командировки по делам своих приказов, например для сбора недоимок.
При нехватке московских подьячих к посылкам (разборам и работе сыскных комиссий)привлекались и провинциальные подьячие.

@темы: книги, история, СТ, конспект